В России авторское кино вполне может быть зрительским
Российский режиссер Иван Соснин - о синтезе авторского и зрительского кино, стратегии успеха для региональных кинематографистов, своем участии в Фонде поддержки регионального кинематографа и киношколе Свердловской киностудии.
Корр: Вы начинаете съемки нового фильма. Можете рассказать о нем немного?
Иван Соснин: Это будет полнометражный фильм, производство - нашей студии Red Pepper Film, которая базируется в Екатеринбурге. Пока не могу раскрывать детали, могу лишь сказать, что это будет нестандартный для нас проект. Съемки будут проходить не только в России, но и за рубежом. Мы съездили в экспедиции в несколько стран, изучили локации, подбираем актеров и совсем скоро приступим к съемкам.
- Это будет копродукция?
- Нет, это полностью наша инициатива, наш фильм. Конечно, продюсеры тех стран, на территории которых пройдут съемки, также примут в нем участие, но это будет российский проект.
- Может, можно назвать хотя бы страны? Или стороны света? И что за жанр фильма?
- Турция. Вероятно, будет Египет. По жанру это романтическая комедия-путешествие.
- В СМИ немало написано о вашем пути в кино. Почему у вас получилось, как вы считаете?
- Я со школы увлекался видеосъемкой - придумывал идеи, снимал, монтировал. Будучи студентом, все свое свободное время посвящал работе с видео. Тогда я не думал о том, чтобы стать режиссером, я просто очень любил снимать, создавать видео. И не боялся ошибаться - к моменту создания своего первого короткометражного фильма я снял много всякой глупости, которую сейчас ни за что никому бы не показал. При этом в моем портфолио было штук двадцать рекламных роликов - и плохих, и хороших, и дешевых, и дорогих, каких-то зарисовок (сейчас это называют видеоблогингом), потом пошли музыкальные клипы, а потом и кино.
Помню свое первое участие в кинофестивале со своей картиной - там познакомился с такими же, как и я, начинающими кинематографистами. Встретившись с ними на очередном фестивале, я узнал, что они все еще пишут свой второй фильм. А я все это время продолжал снимать.
Многие молодые режиссеры долго вынашивают идею, кропотливо над ней работают, боятся кому-то показать, ошибиться. Конечно, это хороший подход к делу, но думаю, что во всем нужна мера. Чем дольше ты что-то делаешь, тем реже выстреливаешь, соответственно, у тебя меньше шансов быть замеченным. Во всяком случае, пока ты молодой автор. И наоборот - чем больше ты делаешь контента, тем больше у тебя шансов стать востребованным. Или, если что-то не получится - быстрее исправить свои ошибки, стать мудрее, опытнее. Это моя позиция, мой путь.
Третий фактор - у меня никогда не было стремления переезжать в Москву, покорять ее. У меня и сейчас нет такого стремления, несмотря на достаточное количество хороших предложений по работе в столице. Я люблю Урал, люблю Екатеринбург, у меня здесь семья, студия, своя экосистема, в которой задействована классная команда, которая буквально на энтузиазме может создавать качественный контент. Это очень близкие мне люди, мы многое прошли вместе, пережили и отсутствие зарплаты, и снижение рекламных заказов в кризисы, и первые успехи.
- Кажется, вам никогда не надо было что-то доказывать индустрии, чтобы попасть в нее, - как так получилось?
- Столичный рынок устроен так, что без портфолио тебя особо никто не ждет. Плюс люди, приезжающие за своей мечтой в Москву, часто действуют в одиночку, в условиях «каждый сам за себя». Но есть другой путь - остаться на своей малой родине, найти единомышленников, собрать команду и попробовать вместе сделать что-то хорошее, качественное. В небольших городах вероятность объединиться выше в разы, рынок не такой конкурентный, местами его нет вообще, поэтому люди прекрасно понимают, что в одиночку им не справиться. Надо использовать это и обязательно пробовать, не боясь ошибиться.
- Насколько ваш опыт работы в рекламе помогает в кинопроизводстве?
- Думаю, что и помогает, и мешает. Помогает быстро принимать решения и реализовывать проекты, определять целевую аудиторию, ее предпочтения. Но мешает то, что я очень часто мыслю по-рекламному, и начинаю относиться к будущему фильму как продукту. Что не совсем правильно - все-таки кино - это прежде всего творчество.
- Похожи ли кино- и рекламный рынки в России?
- Кажется, что между ними очень много общего - это создание аудиовизуального произведения, сторителлинг, работа на площадке. Многие приходят в кино из рекламы. Но разница все же есть, и не в пользу рекламы. Могу сказать, чем меня разочаровала эта сфера. В ней много неискренности, много про деньги, все рекламные фестивали очень коммерческие - ты платишь за каждое участие, каждый шаг. На крупнейших фестивалях рекламы побеждают социалки на темы помощи детям в Африке, защиты окружающей среды и еще чего-то в этом роде. Но после получения наград победители покидают мероприятие с наградами и проходят мимо детей-попрошаек, которые подходят к ним на выходе. В этот момент они заняты разговорами о том, какие классные ролики у них получились, какие они молодцы.
Кино более честное. На кинофестивалях атмосфера гораздо более душевная. Очень часто режиссер снимает кино не потому, что хочет денег и славы, а потому, что стремится поделиться своими переживаниями с другими. Многие кинематографисты - весьма небогатые люди.
Еще кино и реклама отличаются друг от друга по форме. Если реклама - это некий спринт, когда ты можешь снять ролик за один съемочный день, то кино - это марафон. Кино нужно прожить, впитать в себя. Но надо сказать, что есть много примеров хороших, качественных рекламных роликов, с хорошим посылом. Мы в Red Pepper Film продолжаем снимать нестандартную рекламу, стараясь вложить в нее правильные смыслы.
- В какой-то момент вы начали предлагать заказчику вместо рекламных роликов короткометражные фильмы. Как вам удалось убедить их в этом?
- Впервые это случилось с брендом «Дядя Ваня». Мы посчитали смету и поняли, что стоимость производства рекламного ролика и короткого метра примерно одинакова, несмотря на разницу в формате, количестве съемочных дней и т.д. Мы предложили сделать короткий метр и нарезку из нескольких роликов на его основе. Директор компании - большой киноман. Он сразу как-то проникся нашей идеей и утвердил проект. Всем понравилось, и мы продолжили сотрудничество в этом направлении.
В общей сложности мы сняли для бренда «Дядя Ваня» порядка десяти короткометражных фильмов, один из которых - «Интервью» с Алексеем Серебряковым в главной роли - взял награду на «Золотом Орле». Альманах всех короткометражных фильмов «Дяди Вани» выходил в российский прокат, получал призы на международных фестивалях, например в Лондоне. Нас вдохновил этот опыт, и мы начали предлагать другим заказчикам снимать короткий метр. В результате за четыре года сделали около тридцати короткометражных фильмов с шестью брендами. Мы стали одними из первых в России, кто делал такой контент. Это хорошо сказывалось и на продажах самих брендов, все были довольны. Потом мы переключились на производство полнометражных кинолент, но продолжаем снимать брендированный контент. В производстве Red Pepper Film - и документальные фильмы, и музыкальные клипы с брендами.
- Что, по вашему мнению, препятствует распространению продакт-плейсмента в российском кинематографе?
- Его нативность, а точнее - практически полное ее отсутствие. В большинстве фильмов продакт-плейсмент так сильно режет глаз, что это снижает и качество киноленты, и доверие к бренду. Все оттого, что продюсеры недостаточно работают с режиссерами и сценаристами в самом начале производства. Бренд должен смотреться в кадре грамотно, ненавязчиво, органично. У нас зачастую это смотрится вульгарно, прямолинейно, агрессивно и порой абсолютно не к месту. Бывает и так, что рекламодатели включаются в процесс кинопроизводства позднее, и кадры с продукцией добавляются в уже отснятый материал. Я знаю такие истории. Конечно, хорошо, когда продюсеру удается привлечь дополнительные средства на проект, но нужно учитывать интересы всех участников процесса: и кинопроизводителей, и рекламодателей, и в первую очередь - зрителей.
- Возможен ли продакт-плейсмент в доке?
- Везде возможен, если будет хорошо интегрирован. Документальные фильмы можно делать совместно с брендами. Мы снимали для Россельхозбанка серию доков, посвященных людям, занятых в сельском хозяйстве: про пчеловодов, травников и т.д. Для транспортной компании FESCO тоже делали документальные фильмы - про корабли, про моряков, которые занимаются перевозкой груза по всей стране, по миру, и так далее.
Зрителям было интересно смотреть кино про таких же обычных людей, но занятых в сферах, с которыми они никак не связаны и о которых они ничего не знают. Важно, чтобы бренды по своей философии как-то совпадали с этими фильмами. Тогда все получится.
- Сформулируйте главную проблему регионального кино сегодня.
- Главная проблема - отток хороших кадров в Москву. В регионах остается мало профессионалов, мало технической базы. Нужно сообщество - вместе единомышленникам гораздо проще что-то сделать, даже без денег. Мы сами прошли через это и знаем, что все возможно. Но только в случае, если ты не один. В противном случае ты либо хоронишь свою идею, либо везешь ее в Москву.
Мне кажется, нужно формировать, развивать и поддерживать креативные кластеры в стране, создавать центры притяжения творческой молодежи. Нужна поддержка местных властей - предоставление помещения, закупка базовой техники... И то, что сейчас делает ФПРК для ребят в регионах, - это очень важно.
С другой стороны, есть и положительная динамика. Расскажу на примере своего региона. У нас проводятся различные отраслевые мероприятия для представителей креативных индустрий, куда приезжают специалисты из других городов России и из-за рубежа. Новый виток в своем развитии переживает Свердловская киностудия. На ее базе открыта прекрасная киношкола, ее учащиеся проходят у нас практику. Мы тесно взаимодействуем с коллегами. Позитивные процессы идут, просто их надо масштабировать в других частях страны.
- Почему вы решили работать с ФПРК и выступили художественным руководителем Конкурса проектов игровых короткометражных фильмов 2025 года?
- Мне близка миссия ФПРК - поддержка и популяризация регионального кино. Я занимаюсь творчеством в том числе затем, чтобы представить людям картины, сделанные своими руками, рассказать уральские истории, раскрыть талант своих земляков. Я очень рад работать с Фондом - в результате конкурса появятся 12 короткометражек из разных регионов России. Они обязательно примут участие в кинофестивалях, в том числе зарубежных. Зрители и члены жюри в разных странах будут смотреть их и узнают, что вот этот фильм был снят в Башкортостане, а этот - в Чечне, а этот - в Якутии и т.д. Это очень здорово. То, что делает ФПРК, мне очень близко и дорого.
- Вы не имеете кинообразования, но учите снимать кино других. Насколько вы уверены в себе как педагог?
- Я тоже часто себе задаю этот вопрос, но ни в коем случае не считаю себя педагогом. Время от времени мне предлагают вести образовательные курсы, в том числе в московских киношколах, я отказываюсь, потому что не уверен, что готов в полной мере дать студентам то, что им нужно, с точки зрения теории. Но я ощущаю абсолютную уверенность в том, что им может быть полезен мой практический опыт. По этой причине я работаю с начинающими кинематографистами - в надежде, что эти знания кому-то из них помогут сократить путь в индустрию.
В конце прошлого года мы снимали короткометражный фильм «Мам» с участием больших артистов - Даши Екамасовой, Антона Кузнецова, Лены Николаевой. На площадке в качестве стажеров были задействованы учащиеся школы Свердловской киностудии. Я оставался в роли режиссера и делал свое дело, стараясь не мешать ребятам обучаться на нашем материале.
С конкурсантами ФПРК я работаю удаленно: дорабатываю с ними сценарий, отсматриваю снятый материал, подсказываю в монтаже - корректирую их в каких-то моментах. Поэтому, повторюсь, я никакой не педагог - я режиссер, опыт которого может быть полезен коллегам.
- Обязательно ли получать кинообразование, на ваш взгляд?
- Не могу ответить на этот вопрос однозначным «да» или «нет». У каждого свой путь. В целом я за образование - лишним оно точно не будет. Но при этом очень важно снимать как можно больше материала, как я сказал в начале интервью. Нужна практика.
- Учащиеся школы Свердловской киностудии - преимущественно жители Урала. А конкурсанты ФПРК - из разных регионов России. Влияет ли место жительства на сознание творца?
- Конечно. У жителей каждого региона свое мироощущение - это видно прямо по сценариям. У многих режиссеров - жителей национальных республик - истории построены на чувствах, паузах. Недавно мы ездили на фестиваль в Якутию и познакомились там с местными кинематографистами. У них свой язык, свое мироощущение, свой культурный код, погода, климат, пейзаж и т.д. У жителей Центральной России истории немного отличаются - действие более динамичное, в фильмах больше диалогов. Наблюдать очень интересно - в этом прелесть и сила России.
- Как монетизировать авторское кино и в каких случаях оно может стать зрительским?
- Проблема киноиндустрии в России в очень жестком и четком разделении на авторское и зрительское кино - прежде всего в умах продюсеров, прокатчиков и т.д. Режиссер в таких условиях должен заранее определиться, что он собирается снимать. И если, не дай Бог, в какой-то аннотации к твоему фильму появится слово «авторское» - все, это похороны твоего проката (смеется).
Однажды партнеры одной большой студии, узнав, что я сам пишу сценарии и монтирую свои фильмы, очень напряглись по этому поводу. Потому что понимали, что наше потенциальное кино будет создано в уме одного человека. Чем большее количество специалистов будет задействовано в производстве картины, тем больше шансов у него стать зрительским. Потому что чем больше людей работало над фильмом, тем проще этим фильмом управлять.
Мы в Red Pepper Film пытаемся найти баланс авторского и зрительского кино, к которому, кстати, уже пришли на Западе - благодаря студиям А24, «Неон». «Все везде и сразу», «Ла-ла ленд», «Марти великолепный» стали кассовыми, в главных ролях - звезды первой величины. И это авторское кино.
Хочется, чтобы и в России продюсеры присматривались к авторскому кино, которое потенциально может стать зрительским, не отбирали и не кроили его под себя, а старались найти компромисс с режиссером.
Мне кажется, показательным примером в этой связи служит фильм «Здесь был Юра». Авторы сумели привлечь к участию в проекте медийного актера, заполучили хорошего прокатчика, провели спецпоказы и в целом, насколько я знаю, заработали неплохие деньги. Это авторское кино на сложную тему, - они большие молодцы. Надеюсь, что таких фильмов будет выходить больше.
- Как этого можно достичь?
- Сценарием, гибкостью продюсеров и режиссеров, их умением находить компромисс без серьезного ущерба проекту.
- Почему в основу «Легенд наших предков» вошли народные сказки Урала, а не цикл сказок Бажова, например? Вы уралец, кинематографист, кажется, что вполне могли бы справиться с этой задачей.
- Я боюсь брать на себя ответственность снимать по мотивам чьего-то произведения. Пока не готов взять чужое, перекраивать его - мне проще сделать свое. Честно говоря, ко мне поступало немало предложений экранизировать литературные произведения, но я всегда отказывался. Возможно, в будущем все изменится, и я найду то произведение, которое не побоюсь экранизировать.
- Расскажите о турецком прокате фильма «Легенды наших предков».
- В Екатеринбурге в прошлом году прошел креативный форум, в котором приняли участие в том числе представители киноиндустрии из других стран. Я выступил спикером на одном из круглых столов, где приняли участие прокатчики из Турции - компания Kunay Film, которая снимала «Холоп. Великолепный век», адаптацию российской комедии «Холоп». Мы познакомились, представили им свои проекты, они заинтересовались и взяли «Легенды наших предков» в прокат. «Легенды...» вышли в 60 кинотеатрах в более чем 10 городах Турции, сейчас идут точечные показы. Мы съездили на премьеру в Стамбул, пообщались со зрителями, как с русскоязычными, так и с турками.
Мы не ожидали, что фильм окажется настолько понятным турецкой аудитории: нам говорили, что проблема забвения народных мифов и традиционного уклада жизни актуальна для многих народов.
Я не знаю точное количество зрителей, но очень доволен результатом. Для нас это первый опыт показа наших картин за пределами России. Сейчас мы продали «Легенды наших предков» в Южную Корею, с другими странами тоже будем взаимодействовать.
- У вас есть идеи снять продолжение этой ленты. Вы обсуждали это где-то на индустриальном, государственном уровне?
- Пока это все на уровне идей, в данный момент я переключился на другие проекты. Снимем полный метр, а осенью этого года я начну снимать сериал. То есть для меня этот год закрыт - я просто физически в ближайшее время не смогу сесть за продолжение «Легенд наших предков». Были мысли сделать эту картину и в копродукции - возможно, наши герои поедут в другие страны, не знаю. Пока это только мысли, обсуждения.
- А что за сериал вы планируете снимать? Или это тоже тайна?
- Пока не могу сказать об этом.
- В своих интервью вы упоминаете работы Мартина Макдонаха, ирландскую, шотландскую суровость и красоту. Какой регион России вам хотелось бы выбрать для следующей работы?
- Честно говоря, когда мы снимали «Легенды наших предков», в визуальном плане я часто ориентировался на Макдонаха. Мне кажется, природа Урала похожа на природу Шотландии, Ирландии, хотя я никогда там не был, был только в Англии.
У меня в работе есть фильм, действие которого происходит в Приэльбрусье, мне хочется снять что-то большое на Кавказе. Есть еще одна история про Калининград. Туда меня тоже очень тянет, там богатая фактура - многослойная культура, из разных эпох, разных стран, хочется в нее углубиться.Кто: Иван Соснин