18 сентября на экраны России выходит новая драма Филиппа Янковского «Каменная башка». Кинодистрибьюцию картины осуществляет кинопрокатная группа «Наше Кино». Главный герой фильма — известный боксер Егор Головин по прозвищу Каменная башка. После автокатастрофы он потерял память и больше не может выходить на ринг. Но находятся люди, желающие заработать и устроить ему последний бой. Он будет драться — за себя и за ту, которая его не предаст…
О работе над картиной корреспонденту журнала «Кинобизнес сегодня» рассказал режиссер «Каменной башки» Филипп Янковский.

Сергей Некрасов: Когда вы приступили к работе над проектом «Каменная башка»?

Филипп Янковский: Впервые о работе над картиной мы с продюсером Сергеем Михайловичем Сельяновым заговорили в ноябре 2006 года. Тогда же я ознакомился с написанной Алексеем Мизгиревым сценарной основой — я бы даже сказал, с либретто — будущего фильма, а также встретился с Николаем Валуевым. В ходе этой встречи мы с Сельяновым сделали Валуеву предложение сняться у нас в главной роли, а кроме того, я наблюдал за Колей и пытался понять, есть ли у него природная органика, которая позволяет непрофессионалам работать в кино. И буквально после нескольких фраз, произнесенных им при нашем разговоре, я ее увидел. В итоге принципиальная договоренность с Валуевым была достигнута, и мы начали переделывать сценарий непосредственно под фактуру Николая. В результате мы довели сценарий до ума и решили приступить к съемкам 4 мая 2007 года сразу после боя Валуева с Русланом Чигаевым. К сожалению, выиграть в том поединке Коле не удалось. Понятно, что после этого ему было не до кино. Съемки в итоге пришлось отложить на пять месяцев. Они начались 4 октября (уже после следующего боя Валуева, в котором он победил французского спортсмена, фамилию которого я сейчас не помню) и закончились в конце ноября. Всего было 47 рабочих дней, 40 из которых Николай работал у нас на площадке. Потом нам пришлось дождаться зимы и доснять еще две сцены, в том числе и финальный флэшбэк, для которого Коля похудел на 10–12 килограммов. Досъемки прошли в конце 2007 года и завершились к 25 декабря. Затем у нас был монтажно-тонировочный период и озвучивание, проходившее с немалыми трудностями (было время, когда мне приходилось регулярно летать в Санкт-Петербург, поскольку из-за своего графика тренировок Николай мог заниматься речевым озвучиванием только по четвергам и пятницам). И вот теперь картина наконец дошла до зрителей. Ее первый показ для публики состоялся в августе на фестивале «Окно в Европу».

- Известно, что сценарий Алексея Мизгирева дорабатывали Валерий Федорович и Константин Сынгаевский. А сами вы приложили руку к созданию кинодраматургической основы «Каменной башки»?

- Разумеется, приложил, когда понял, что буду работать над этим проектом. Свой вклад внес и Сергей Сельянов. Но в качестве сценаристов ни я, ни Сергей Михайлович в титрах не упомянуты, поскольку у нас на «Каменной башке» были иные задачи.
Впрочем, ничего необычного в том, что над кинодраматургией ленты работали сразу несколько человек, по-моему, нет. Кино — коллективный вид творчества. Главное, чтобы результат всех устраивал.

- Кому принадлежала идея привлечь к съемкам Николая Валуева?

- Первым задействовать Колю решил Сергей Сельянов. Сразу замечу, что если бы в проекте не было Валуева, то фильм, скорее всего, просто не состоялся бы. Как минимум пятьюдесятью процентами своего очарования лента обязана именно Коле и его фактуре. Для того чтобы из обычной драмы фильм превратился в нечто большее, Егор Головин по прозвищу Каменная башка должен был обладать неординарной комплекцией.

- Сразу ли спортсмен принял предложение сняться в кино или же его все-таки одолевали сомнения?

- Думаю, что любой человек, если ему предложат заняться непривычным делом, будет какое-то время думать. Коля исключением не стал, но, видимо, в конце концов его увлекли наш энтузиазм и уверенность (мы уже не видели будущую картину без него). Свою роль, на мой взгляд, сыграло и то, что Колю мы готовы были взять без всяких проб. Со своей задачей он, по-моему, справился превосходно. Я во всяком случае остался очень доволен его работой.

- Как проходил кастинг остальных ролей?

- Когда я понимаю, кто играет главную роль в моем фильме, то просто кладу на стол фото этого человека, и затем мы с моим директором по кастингу Ольгой Логиновой, которая работала со мной почти на всех моих картинах, начинаем подбирать под его фактуру героев второго плана.
Для того чтобы сделать фильм убедительным, нам требовались довольно необычные лица актеров. В итоге директора Егора Головина, Наиля, сыграл прекрасный актер Виталий Кищенко, который сравнительно недавно начал сниматься в кино; тренера по прозвищу Батя — Борис Чунаев из «Ленкома». Роль доктора исполнил актер из Петербурга Аркадий Коваль; Олега Кривулю, противника Егора по рингу, сыграл Олег Сорокин, приятель Николая Валуева из Екатеринбурга. На главную женскую роль мы пробовали немало актрис, в результате пришли к выводу, что нам нужна Оксана Фандера. Кроме того, у нас в картине снялся мой приятель, актер Егор Пазенко, с которым мы работали еще на фильме «Меченосец». Впрочем, хорошие личные отношения здесь ни при чем. Меня волнует лишь одно — насколько актер соответствует предлагаемой роли.

- А из каких реальных населенных пунктов вы собирали на экране город N, в котором разворачивается действие картины?

- Из Кронштадта и одной питерской улицы. Павильонные съемки прошли в Санкт-Петербурге (в частности, там снималась квартира Егора), а подходящие реальные интерьеры мы нашли в северной столице и в Кронштадте.

- Какая из сцен фильма оказалась наиболее сложной в производственном отношении?

- Это был целый блок ночных сцен, относящихся к финальной разборке; его мы снимали в морском порту Кронштадта около недели. Это было очень тяжело даже физически. Ведь если у тебя целый ряд ночных смен, идущих одна за другой, то ты полностью перестраиваешь свой режим — спишь днем, работаешь в темное время суток и, как следствие, испытываешь огромные физические и эмоциональные нагрузки.

- Как ощущал себя перед камерой Валуев — непрофессиональный актер, дебютирующий в большом кино?

- Мы понимали, что ему будет очень нелегко окунуться в абсолютно новый для него мир кинематографа; а чтобы Коля не ощущал себя одиноким и покинутым в те моменты, когда я был занят с другими актерами, мы пригласили для работы с ним замечательного петербургского актера и педагога Кирилла Датешидзе. При его участии была выработана концепция подготовки Валуева к роли. Это было довольно непросто, но, к счастью, график был построен таким образом, что сначала мы снимали достаточно легкие эпизоды — пробежки и т. д., а к сложным сценам перешли позднее, дав Николаю время освоиться на площадке. Так что уже в середине съемочного периода Валуев превратился в Егора Головина, полностью вжившись в этот образ, который, кстати сказать, не имеет никакого отношения к реальному Коле. Все-таки Николай — экс-чемпион мира по боксу, а Егор — провинциальный спортсмен, что-то когда-то выигравший в Москве.

- Легко ли было выстраивать кадр с таким исполнителем главной роли?

- Когда мы с оператором-постановщиком Эдуардом Мошковичем сделали тесты, то сразу отказались от модного ныне формата 2,35:1 и, как следствие, от широкоэкранных мизансцен, поскольку, учитывая рост Валуева (а это как-никак 2 метра 15 сантиметров), выстраивать их было бы крайне сложно. Предпочтение было отдано моему любимому формату 1,85:1. Ну а для того чтобы камера находилась на одном уровне с лицом главного героя, оператору приходилось снимать со специальных фанерных ящиков высотой примерно 40 сантиметров (мы называли их «эппл-боксами» (от англ. apple-box — ящик для яблок.— Прим. ред.), располагавшихся на съемочной площадке в разных конфигурациях так, чтобы по ним можно было ходить за актером. Длина этой системы порой доходила до трех метров. Замечу, что большая часть ленты снята ручной, «дышащей» камерой. Ну а когда мы снимали со штатива общие планы, разница фактур была нам даже на руку: она подчеркивала, насколько Егор отличается от окружающих его людей, работала на контраст между «большим» и «маленькими».

- Интересно, как воспринимали Валуева жители Кронштадта и Санкт-Петербурга во время натурных съемок?

- Он вызывал у них большой интерес. Действительно, не заметить появившегося на улице Колю просто невозможно. Однако ни один из зевак не рискнул запросто подойти к нему. Видимо, образ «русского медведя», созданный боксерским менеджментом Валуева, сыграл свою роль. Ну а в жизни Коля очень ранимый человек, несмотря на всю свою мощь. В числе его достоинств я бы отметил редкое чувство юмора и поразительную начитанность. Неудивительно поэтому, что беседовать с Колей — одно удовольствие.

- Какие задачи вы ставили перед художником по костюмам Натальей Соколовой?

- Работу над костюмами Наташа Соколова вела при участии известного российского дизайнера Дениса Симачева. Он предоставил нам коллекцию спортивной одежды, которая была использована нами в фильме в качестве боксерской. Мы все это «зафактурили», придали вещам некий «секонд-хендовский», потертый вид, что также способствовало созданию атмосферы film noir — именно в этом жанре мне было интересно сделать фильм. Над одеждой бандитов было работать легче. Они ведь обычно носят дорогие вещи, чаще всего черные.

- Рецензии на вашу предыдущую картину «Меченосец» были, мягко говоря, прохладными. В августе на XVI Фестивале российского кино «Окно в Европу» фильм «Каменная башка» получил не только «Золотую ладью» — главную награду в конкурсе игрового кино, но и приз Гильдии киноведов и кинокритиков России. Важно ли для вас мнение представителей отечественной кинопрессы о вашем творчестве?

- Безусловно, важно. И конечно, приятнее, когда тебя хвалят. Неприятие же «Меченосца» прессой мы пережили, стиснув зубы. Судя по реакции сообщества кинокритиков на «Каменную башку» в Выборге, выводы мы сделали верные и теперь стоим на правильном пути.

- Интересуетесь ли вы прокатной судьбой своих картин (в частности, их кассовыми сборами)?

- Конечно же, я слежу за тем, как идут мои картины в кинотеатрах России и СНГ. Однако гораздо больше, чем кассовые сборы, меня интересует статистика посещений. В таблицах, публикуемых в вашем журнале, я первым делом ищу графу, где указано количество проданных билетов. Что касается кинодистрибьюции, то здесь я склонен доверять профессионалам; в случае с «Каменной башкой» речь идет, естественно, о Кинопрокатной группе «Наше Кино». Эти люди знают свое дело и, уверен, обеспечат моей картине должный прокат, подготовив для этого необходимую почву (благо уже имеется такой достойный информационный повод как призы Выборгского фестиваля). Будет довольно много интервью и различных публикаций о картине в СМИ; кроме того, насколько я знаю, канал НТВ достаточно широко поддержит фильм в эфире — не только в программах и различных ток-шоу, но и прямой рекламой. Сейчас я принимаю посильное участие в креативной части промо-кампании фильма. Но все-таки моя цель — создавать, а продавать — задача коммерсантов. Главное при продвижении картины — говорить зрителю правду, не дезинформировать публику, создавая о картине ложное впечатление.

- Вы неоднократно работали со своей супругой Оксаной Фандерой. А не хотелось ли вам снять в своих фильмах своего отца Олега Ивановича Янковского или своего сына Ивана, недавно дебютировавшего в фильме «Индиго»?

- При определенном стечении обстоятельств — с удовольствием. Хотя не ставлю перед собой задачу обязательно поработать с Олегом Ивановичем или с Иваном. По семейному признаку я в свои фильмы актеров не набираю.
Что касается актерской карьеры Ивана, то он сейчас поступил в ГИТИС на актерский факультет. Если он на самом деле хочет освоить избранную профессию, то ближайшие четыре-пять лет ему нужно провести не на съемочной площадке, а в институтских аудиториях. Если же говорить об Олеге Ивановиче, то он актер такого масштаба, что далеко не всякую роль можно ему просто взять и предложить. Если удастся найти подходящий материал, я, разумеется, буду только рад.

- Вы работаете в самых разных жанрах: сняли фантастический триллер, экранизировали авантюрный роман Бориса Акунина, действие которого разворачивается в конце XIX века, и т. д. А каким будет ваш следующий проект?

- Кинематографисты — люди суеверные. Поэтому рассказывать о будущих проектах мне бы сейчас не хотелось. Жанровое же разнообразие для меня не самоцель. Главное — не разочаровывать зрителя. Как говорил Антон Павлович Чехов, «все жанры хороши, кроме скучного». Жанр — это форма. Меня же больше интересует содержание. Все мои фильмы — о людях, о человеческих характерах и судьбах. Снимать кино о чем-то другом, на мой взгляд, не имеет смысла.